< №10 (158) Октябрь 2017
Логотип
ТРАНССИБ

ПРОГУЛКА ВНЕ РЕАЛЬНОСТИ

В Новосибирске завершился IV Транссибирский арт­фестиваль

Основная программа форума, возглавляемого Вадимом Репиным, охватила три недели, на деле же она гораздо шире: после завершающего вечера в Новосибирске концерты фестиваля прошли в Красноярске, Санкт-Петербурге и Самаре. В конце апреля «Транссиб» ждут в Тюмени и Тобольске, где Репин сыграет с самым молодым российским оркестром – Тюменским филармоническим, которому всего два года. Еще один концерт пройдет в Брюсселе, а осенью фестиваль ждут в Японии. Так воплощается мечта Вадима Репина, три года назад называвшего одной из главных идей «Транссиба» строительство культурных мостов, и это далеко не пустые слова.

С самого начала фестиваль в Новосибирске и его окрестностях ориентировался на самый высокий исполнительский уровень: достаточно сказать, что концерт-открытие первого фестиваля прошел под управлением Кента Нагано, которого Репин убедил изменить график и прилететь на день по дороге из одной европейской столицы в другую. За прошедшие годы среди участников были дирижеры Леонард Слаткин, Франк Штробель и Дмитрий Лисс, пианисты Рудольф Бухбиндер, Жан-Ив Тибоде, Даниил Трифонов и Николай Луганский, скрипачи Акико Суванаи, Клара-Джуми Кан, Пинхас Цукерман и Алексей Игудесман, альтист Максим Рысанов, виолончелисты Миша Майский и Марио Брунелло, балерина Светлана Захарова, Квартет им. Бородина и многие другие замечательные артисты.

Не уступал предыдущим фестивалям и четвертый: приехали дирижеры Лоренс Фостер и Владимир Федосеев, пианист Николас Ангелич, виолончелисты Александр Князев и Александр Бузлов. Скрипач и дирижер Илья Король с великолепной командой певцов исполнили «Страсти по Иоанну» Баха, внеся новую краску в репертуарную палитру фестиваля. Свои фильмы о Давиде Ойстрахе и Гленне Гульде представил Брюно Монсенжон. Помимо традиционного парада скрипачей (Вадим Репин, Джулиано Карминьола, Владимир Спиваков, Наталья Прищепенко и другие), фестиваль вывел на сцену целую плеяду блестящих духовиков в программе «Блестящие трубы». Этот концерт в трех отделениях стал одним из наиболее ярких не только на нынешнем фестивале, но и за всю его четырехлетнюю историю.

Среди ежегодных традиций фестиваля – заказ и премьера нового сочинения. Если в предыдущие годы это были произведения для скрипки с оркестром, написанные для Вадима Репина, то на сей раз речь шла о концерте для двух солирующих медных духовых (труба-пикколо плюс флюгельгорн) и оркестра Dreamdancers. Духовые имели невероятный успех на фестивале еще год назад, когда близнецы Даниэль и Александр Гурфинкели представили программу «Планета кларнета», в финале которой к ним присоединился их отец, еще один кларнетист-виртуоз. Теперь же в концерте «Блестящие трубы» медные духовые предстали в трех ипостасях: концерты с оркестром, романтическая камерная музыка, импровизационный сет. И невозможно сказать, какое из трех отделений почти четырехчасового вечера произвело наиболее сильное впечатление.

Насколько разножанровой была вся программа, настолько же пестрым было уже ее первое отделение, где встретились сочинения XVIII века, прошлого и нынешнего. Премьера – концерт Dreamdancers – принадлежала Энйотту Шнайдеру: немецкому композитору, известному в основном музыкой к кинофильмам (около 500) и органными симфониями (их 16). В авторской аннотации Шнайдер называет свое сочинение «ночным странствием, посвященным людям, что живут в бесплотном мире грез». «Слушая концерт, давайте представим себе минуту, когда мы засыпаем», – предлагает автор. Во время получасового концерта публику иной раз действительно клонило в сон, с этой точки зрения композитор безусловно добился цели.

Солисты Сергей Накаряков (флюгельгорн) и Отто Заутер (труба-пикколо) были на высоте, играя, казалось, за пределами возможного. Демонстрация их технических возможностей оказалась интереснее собственно музыки – добротной, но написанной по стандартам середины прошлого столетия. «Изумрудная галактика с парящими тиграми и полыхающими мотыльками», «Прогулка под луной вне реальности» и «Колибри, пляшущие под воротами ада»: так назывались три части концерта, из которых две подошли бы в качестве фона для документального фильма, например, о Гималаях. Картина изменилась в третьей части, которую дирижер Владимир Ланде во вступительном слове предложил сравнить с «Франческой да Римини» Чайковского. Действительно, здесь созерцательность уступила место инфернальности, напомнившей также таких мастеров музыкального ада, как Малер и Шостакович. Новосибирский академический симфонический оркестр с блеском исполнил эту непростую партитуру, уже занявшую почетное место в истории фестиваля.

Предыдущие два номера прозвучали не так удачно – не хватило репетиций. Открыл программу Концерт для трубы с оркестром Луиджи Отто, единственное сохранившееся сочинение композитора, из биографии которого точно известна лишь дата рождения (1750). Заутер, удививший виртуозностью в Dreamdancers, здесь удивлял практически полным равнодушием к темпам, в которых играл оркестр. Впрочем, и оркестр не слишком убедительно преподносил музыку XVIII века, два более поздних произведения удались лучше. Джазовая сюита для трубы, фортепиано и оркестра Клода Боллинга, три части которой исполнил с оркестром трубач Андрей Илькив, звучала ностальгически, наподобие музыки из советского кино – неслучайно в зале сразу стали вспоминать Раймонда Паулса. После удачной премьеры, однако, оказалось, что главные события вечера еще впереди.

Между эффектными первым и третьим отделениями концерта второе сыграло роль своего рода лирического интермеццо. Сергей Накаряков, известный в первую очередь как блестящий трубач, вновь вышел на сцену с флюгельгорном: в дуэте с пианисткой Марией Меерович он сыграл «Фантастические пьесы» Шумана – уровень исполнения был под стать названию. В Трио ми-бемоль мажор Брамса к ним присоединился Вадим Репин; публика, двумя днями раньше аплодировавшая после каждой части, слушала не дыша – самое негромкое отделение концерта оказалось и самым волшебным. Впрочем, это было легко предсказать, тогда как импровизационная программа «Диалоги без границ» Аркадия Шилклопера и Элиаса Файнгерша оставалась котом в мешке.

Шилклопер начал с импровизации на своем знаменитом альпийском роге – удивительном инструменте пятиметровой длины. Вскоре к нему присоединился тромбонист-виртуоз Элиас Файнгерш – сегодня он представляет Швецию, где живет уже давно, но родился и учился в Москве. С первых же минут стало ясно, что мы плохо представляем себе возможности тромбона: даже без помощи электроники Файнгерш извлекал из него совершенно невероятные звуки и созвучия, когда же в дело пошли спецэффекты, с помощью которых сыгранные ноты тут же записывались и воспроизводились, впору было потерять голову. Чередуясь, Шилклопер и Файнгерш сыграли по несколько импровизационных номеров, «добив» публику равелевским «Болеро», где с помощью двух инструментов и семплера достигли настоящей оркестровой мощи. Формально это не имело уже ничего общего с концертом академической музыки, но удивительным образом не диссонировало ни с чем из прозвучавшего прежде: возможно, еще ни на одном концерте Транссибирского арт-фестиваля не были столь зримо реализованы образ музыки как путешествия и идея строительства культурных мостов.

Еще одна фестивальная традиция – концерты в городах Новосибирской области. Три года назад состоялся выезд в Бердск, теперь Вадим Репин и его коллеги отправились туда снова. За время их отсутствия городской ДК «Родина» преобразился: перестроен его фасад, где прежде среди типовых афиш «Песни русских гуляний», «Сибирская вольница» и «Пой, цыганская душа» красовался биллборд с портретом улыбающегося Репина (впрочем, в кассовом зале афиша фестивального концерта не избежала соседства с афишами исполнителя русского шансона Владимира Асмолова и антрепризного спектакля «Как вернуть мужа»). Полностью реконструирован зал, акустически ставший куда более пригодным для академической музыки. И тем не менее концерт в Бердске мог бы пройти лучше.

Его программа сделала бы честь любому международному фестивалю: два струнных трио Шуберта, Дивертисмент для струнного трио ми-бемоль мажор Моцарта, Пассакалия Генделя (единственный номер вечера, в котором принял участие Репин). Возможно, для Бердска она оказалась чересчур изысканной, но с самого начала что-то пошло не так. Позже стало известно, что скрипачка Со-Ок Ким не смогла вовремя получить российскую визу, и времени на подготовку не хватило. Альтист Андрей Гридчук и виолончелист Александр Князев делали максимум возможного, однако усилий музыкантов было недостаточно. Ситуация частично выправилась во втором отделении, где на скрипке играл уже Леонард Шрайбер, и тем не менее дивертисменту Моцарта недоставало искрометности и огня.

Тем более удивительным стал вечер музыки Дворжака и Брамса с участием этих же исполнителей, состоявшийся днем позже в Новосибирске. Во втором отделении во главе с пианистом Николасом Ангеличем и Репиным за первым пультом звучал Фортепианный квинтет Брамса, и было бы вполне естественно представить и Дворжака квинтетом, принадлежащим к его абсолютным хитам. Музыканты не пошли по легкому пути, выбрав вместо этого Терцет для двух скрипок и альта плюс Второй фортепианный квартет – незаигранные, отнюдь не часто исполняемые сочинения. Все три номера оказались полны невероятной энергии, которой так не хватило предыдущему концерту. И даже аплодисменты публики после каждой части не были настолько же неуместны, как обычно, слишком уж большой заряд драйва шел со сцены в зал.

Через год фестиваль отмечает первую «полукруглую» дату – по словам его шефа Вадима Репина, все самое интересное еще впереди.

На фото Э. Файнгерш, А. Шилклопер

Фото Александра Иванова

Овчинников Илья
30.04.2017


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: