< №10 (158) Октябрь 2017
Логотип

НЕСЛУЧИВШАЯСЯ ТРАГЕДИЯ

В завершение абонемента Государственной академической симфонической капеллы России «История государства Российского» в Зале Чайковского прозвучал «Борис Годунов» Мусоргского

Опера непростой судьбы, «Борис Годунов» существует в семи редакциях. След в ее истории оставили и Римский-Корсаков, и его ученик Мелнгайлис, который был недоволен вариантом учителя и написал свою версию оркестровки, после чего даже покинул класс композитора; и Шостакович, чья редакция создавалась по заказу Большого театра, но получила сценическое воплощение в Ленинграде спустя двадцать лет после выхода в свет партитуры; и другие музыканты.

Валерий Полянский выбрал самую играемую редакцию – Римского-Корсакова: с колоритными колокольными звонами, любовной линией Самозванца и Марины Мнишек и заключительной жуткой сценой под Кромами. Чтобы претворить замысел в жизнь, дирижер собрал певцов из московских и петербургских музыкальных театров, привлек собственных солистов и добавил к коллективам ГАСК хор ДХШ «Пионерия» им. Г. Струве.

Исполнение умеренно и со вкусом иллюстрировалось визуально. На большой экран в глубине сцены проецировались картины русских художников. Иллюстрации Бориса Зворыкина к трагедии Пушкина, превалирующие по количеству, перемежались с живописными полотнами Глазунова, Сурикова и эскизами декораций Коровина и Федоровского. Несколько раз появлялась икона Владимирской Божьей Матери.

Что касается музыкальной составляющей, все сложилось не совсем гладко. Прологу при его сочном православном колорите явно не хватило трагизма. Постепенное нарастание напряжения в хоре «На кого ты нас покидаешь, отец наш?», не достигнув кульминации, повисло в воздухе, а выкрики из толпы звучали несколько приглаженно и однообразно. Зато сцена венчания на царство с ее колоколами и славлениями получилась по-русски широкой и цельной.

Среди солистов театральной игрой при отсутствии сценографии и режиссуры, прекрасной подачей звучащего слова и органичностью исполнения отличился бас Валерий Гильманов, исполнивший партию Варлаама. Его персонаж получился объемным и запоминающимся. Остальным певцам не хватило драматизма, а некоторым – еще и чистоты интонаций и ритмической точности. Периодически возникало ощущение, что присутствуешь на концерте камерной музыки, где прохладно и несколько отстраненно поют русские романсы, в то время как «Борис Годунов» – опера в высшей степени психологичная. Ее персонажи, за небольшим исключением, стремительно движутся к трагическим кульминациям в развитии характеров, каковых в памятный вечер явно недоставало.

Михаил Гужов, успешно поющий Бориса в репертуарном спектакле «Геликон-оперы» и имеющий за плечами десятки партий в самых разных постановках (преимущественно русских композиторов), в этот раз прозвучал почти однотонно. Душе не хватило скорби, а сцена сумасшествия не вызвала ни ужаса, ни сопереживания. Пимен у Александра Маркеева получился вполне достойный, но чувствовалось, что солист прикрывает богатые возможности своего тембра, которые вполне пригодились бы для титульной партии. Сергей Дробышевский (Самозванец) пытался петь страстно, но местами едва не переходил на истерику. Первое его появление в келье Пимена сопровождается возгласом «Все тот же сон!»: эту фразу вокалист фактически прокричал, а потом очень быстро перешел почти на mezzo piano – такими перепадами отличалось все исполнение партии. Важная для героя – сцена у фонтана (почему-то Марину Мнишек вопреки устоявшейся традиции поет не меццо, а сопрано Елена Евсеева): в ней амбициозный соискатель московского престола предстает пылким влюбленным, готовым ради своей пассии на любой подвиг. Но у Дробышевского не получается в должной мере передать решительность и уж тем более заставить слушателя поверить в то, что он готов объявить себя новым государем всея Руси. Елена Евсеева остается холодна к его возгласам, пропеванию согласных и периодически отказывается слушать оркестр и слушаться дирижера. Увы…

Из женских персонажей больше всего запоминается в совсем небольшой роли Евгения Сегенюк (мамка Ксении). В целом вокальный каст едва ли можно назвать достойным оперы Мусоргского – хотелось бы более харизматичных исполнителей. По сравнению с певцами хор и оркестр находились на недосягаемой высоте, равно как и трактовка маэстро Полянского. Но, увы, «Борис» – это все же опера, и на одном качественном звучании двух коллективов «выехать» невозможно.

Хочется продолжения абонемента в новом сезоне, но с большей тщательностью в отборе вокалистов при сохранении великолепия «аккомпанемента».

Фото – http://cultura-mephi.ru

Матусевич Александр
30.04.2017


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: