Top.Mail.Ru
АРХИВ
31.08.2018
ДОНИЦЕТТИ В ИСПАНСКОМ ФАВОРЕ
Сезон в барселонском театре «Лисео» завершился премьерными показами «Фаворитки»

Некогда бешено популярную оперу Гаэтано Доницетти в наше время не часто встретишь на афишах – она уступила лидерские позиции другим сочинениям автора, что несколько странно, ибо является одним из наиболее зрелых его творений. Кроме того, ее оригинальность заключается в том, что титульная героиня – не сопрано, как было принято в операх бельканто, а меццо.

«Лисео» впервые обратился к «Фаворитке» в 1846-м – спустя шесть лет после мировой премьеры в Париже, – правда, не в оригинальной французской, а в итальянской редакции (более привычной в течение многих десятилетий). В последний раз она ставилась здесь (уже по-французски) в 2002-м дирижером Ричардом Бонингом и режиссером Ариэлем Гарсией Вальдесом. Испанскую сцену надолго «Фаворитка» не покидала никогда – как и многие другие итальянские и французские оперы, действие которых разворачивается на Пиренейском полуострове.

Нынешняя постановка – вновь обращение к парижскому оригиналу и является копродукцией с Королевским театром Мадрида. Режиссер из Германии Дерек Гимпель демонстрирует в ней совсем не немецкий подход: никакого волюнтаризма, опера поставлена строго по либретто и партитуре, с сохранением исторического колорита в костюмах Жана-Пьера Вержье.

Неприступная серая скала – визуальная доминанта всех четырех актов. Она и монастырь Сантьяго-де-Компостела, где суровый приор Бальтазар увещевает юного Фернанда, и романтический остров Леон – приют прекрасной Леоноры, и королевская резиденция Алькасар в Севилье. Сценографический минимализм, тем не менее, задает характер и настроение всему повествованию: перед нами суровые реалии испанского Средневековья, когда страна далека от мира и единства, Церковь сильна и диктует свою волю светской власти, а судьба красивой женщины – полностью в руках представителей сильной половины человечества, обуреваемых противоречивыми и не всегда благородными порывами. Неспешность, несуетность действия, обилие фронтальных поз и простых мизансцен дают возможность сосредоточиться на главных ценностях стиля бельканто.

Первое, что пленило, – исключительная по грациозности работа оркестра под руководством американского дирижера Патрика Саммерса: он буквально купался в чарующих мелодиях Доницетти и сумел погрузить в мир гармонии двухтысячный зал. Яркие, но не оглушительные тутти, нежные пиано, превосходно прочерченные мелодические линии, филигранно исполненные инструментальные соло, поражающие точностью духовики (кружева флейт гипнотизировали публику) и, конечно же, деликатнейший аккомпанемент вокалистам, когда они ясно ощущают поддержку уверенно ведущей их руки и в то же время получают максимум свободы в широких, полных дыхания фразах. Всяческих похвал заслуживает работа хора (хормейстер Кончита Гарсия), поющего стройно и выразительно.

На главные партии театр ангажировал два равноценных состава. Компримарио обеспечены также певцами высокого уровня, поющими все спектакли. Среди них выделяется умелое сопрано Мирен Урбьета-Вега (Инес), партия которой содержит непростую арию в первом акте. Единственный исполнитель первого положения, поющий всю премьерную серию, – хорватский бас Анте Еркуница (Бальтазар), чей мощный и глубокий голос талантливо рисует образ неумолимого священнослужителя.

Великолепны обе Леоноры-француженки. Густое, терпкое, с контральтовым окрасом, но гибкое в колоратурах меццо Клементин Марген создает нежный, трепетный образ. У Евы-Мод Юбо более высокое меццо, и она поет с большим напором, экзальтацией, отчего ее героиня выходит решительной и волевой. Теноровую партию Фернанда озвучивают американцы Майкл Спайрс и Стивен Костелло: у первого феноменальны верхние ноты, в том числе и вставные сверхвысокие, второй пленяет, прежде всего, ровностью звуковедения и гибкостью кантилены. Коварного короля Альфонса поют австриец Маркус Верба и итальянец Маттиа Оливьери: небольшой, но гибкий, виртуозный голос Вербы особенно хорош в лирических фрагментах; сочный, тембристый и крупный баритон Оливьери наиболее органичен в драматических эпизодах.

Фото: A. Bofill /Gran Teatre del Liceu

Поделиться:

Наверх