Top.Mail.Ru
АРХИВ
28.04.2015
ИМПРОВИЗАЦИЯ НЕ УМРЕТ
Финское новоджазовое трио Jorma Tapio & Kaski в составе Йормы Тапио (саксофоны, флейты, бас-­кларнет), Вилле Раухалы (контрабас) и Симо Лайхонена (ударные) играло в московском Культурном центре «Дом» 4 апреля

Лидер трио Йорма Тапио у нас не впервые – выступал в КЦ «Дом» еще в 2003-м и 2004 годах (тогда его группа Kaski, созданная за год до этого, была квартетом). В свое время он играл с легендарным финским авант-джазовым барабанщиком Эдвардом Весалой в его оркестре Sound & Fury, который после смерти Весалы в 1999 году долгое время не существовал. В 2010-м Тапио снова собрал этот оркестр, и есть вероятность, что он привезет его к нам в обозримом будущем (по идее этот коллектив аналогичен нашему «Оркестру московских композиторов»). А пока – трио Jorma Tapio & Kaski и камерный новый джаз.

Кто слышал Йорму Тапио в Москве раньше, мог оценить перемену в его манере и его стиле. Ведущий вечера Дмитрий Ухов заметил, что если раньше он играл во фри-джазовом агрессивном, напористом ключе, то сейчас это более «округлый», более мелодичный «авангард с человеческим лицом». Нельзя сказать, что в музыке Kaski напор и агрессия полностью исчезают, но так или иначе явно теряют былую остроту социальной направленности фри-джаза 60-х, связанную с расовыми проблемами, и переходят в чисто музыкальную плоскость. Более того, в некоторых эпизодах были заметны разреженность музыкальной ткани, «прохладность» эмоциональной стороны. Видимо, близость полярного круга дает о себе знать…

«Kaski по-фински «выжиг» – старый способ сжигания леса, чтобы сделать почву более плодородной, – рассказывает Йорма Тапио. – Мы живем в суровом и относительно просторном краю, и наша манера исполнения отличается от исполнения подобной музыки центральными европейцами: мы немногословны и лаконичны. Многие наши пьесы не привязаны к определенному темпоритму. В нашей музыке есть нечто нордическое, но также на нее оказали определенное влияние американский джаз и разного рода фольклор, а лично на меня еще и Эдвард Весала, с которым я сотрудничал полтора десятилетия». Интересно, что одним из самых желанных проектов Йормы Тапио остается сотрудничество с якутской фольклорной вокалисткой и актрисой Степанидой Борисовой. Бывал он у нас не только в Москве, но и в Нарьян-Маре, Кемерове, Улан-Удэ. Партнеры Тапио по ансамблю Kaski – Вилле Раухала и Симо Лайхонен – бессменная ритм-секция трио Black Motor, знакомого завсегдатаям «Дома» по концерту 2012 года и заслужившего репутацию самого трудолюбивого и самого свободного из джазовых коллективов Финляндии.

На нынешнем концерте Jorma Tapio & Kaski играли в основном авторские вещи Йормы – сейчас не время джазовых стандартов. Это тот случай, когда сложно переводить музыкальный язык на вербальный, – чистая музыка, где не столь важны названия (но тем не менее они есть: Moving Finger, Second Life, Desert Song, Ghatika). Оригинальными композициями и спонтанными импровизациями музыканты не ограничились: в одном из номеров они импровизировали вокруг темы «Tutankhamun» Малачи Фэйворса, к которой Йорма Тапио добавил свою собственную мелодию.

Впрочем, это не был вечер исключительно джазового авангарда. Был и этнический элемент, который проявлялся в импровизе на традиционную норвежскую мелодию Bruremarsj, в характерном «континуальном» ритме гагаку у перкуссии, в участии индийской флейты бансури, на которой в какой-то момент зазвучала «природная» восточная пентатоника. Были и ремейки духовных песнопений – госпел-темы Receive Me и нашей «Господи, помилуй». Узнать оказалось невероятно сложно: в госпеле контрабасист Вилле Раухала изощрялся в виртуозном исполнении флажолетов, да и партнеры по ансамблю преуспели в авангардной трансформации темы – в этом слышалось что-то от Альберта Айлера. А русская молитва была разукрашена нетрадиционным обертоновым звучанием басовой флейты и пением Йормы с флейтой в унисон. К тому же тема «Господи, помилуй» неожиданно прозвучала в экзотически-ориентальном духе – вероятно, потому, что Россия для Финляндии – это Восток…

Слушая Jorma Tapio & Kaski, понимаешь, что сегодня джаз настолько расширил свою сферу притяжения, что само слово кажется слишком узким и мало соответствующим этой новой музыке. Вот что по этому поводу думает Йорма Тапио: «В каком-то смысле можно сказать, что джаз умер, потому что большая его часть сейчас играется без энергии, без искренней страсти, нередко музыкантам просто нечего сказать. Но импровизация на акустических инструментах никогда не умрет, ведь остались настоящие музыканты. Наверное, нам стоит забыть о ярлыке «джаз», которым все мы пользуемся уже столько лет. Будут новые формы, будут новые стили. Я верю, что и в классической европейской музыке появятся новые выразительные средства, если ее будут играть свободные музыканты, например, нашего круга. Посмотрим…» 

Фото Бориса Люлинского

Поделиться:

Наверх